Saint

Я не могу быть с Элайджей Айверсоном. Я не могу быть с ним, потому что он лучший друг моего старшего брата. Я не могу быть с ним, потому что разбила его сердце пять лет назад; потому что теперь он помолвлен с другой — с кем-то добрым и надежным, кто заслуживает его виски-глаза, его мягкие губы, его острый ум. Я не могу быть с Элайджей, потому что вместо него я выбрала Бога. Братья Белл, правда... ну, у нас не самая лучшая история с обетами. Но я полна решимости сделать этот монашеский путь правильным — посвятить себя затворнической жизни и провести остаток своих лет в целомудрии и молитве. Но теперь Элайджа здесь. Он здесь, и он едет со мной в мое европейское монастырское путешествие, и между шепотом исповедей, украденными поцелуями и моментами, проведенными склонившись над древним алтарем, мои обеты становятся все менее прочными с каждым днем. И, обеты или нет, я сердцем знаю, что сейчас понадобилось бы нечто большее, чем добрый и святой монах, чтобы устоять перед Элайджей Айверсоном. Понадобился бы святой. И мы все знаем, что я не святая.