Ники

Пожалуй, легче всего оглянуться на прожитую жизнь тем, кто уже не жив, конечно, если они каким-то чудесным образом сохранили своё сознание. А сохранять его взялся кто-то другой, например, автор. Не скованные фрагментарностью памяти и общественными конвенциями, они могут пройти пройденный путь, называя наконец вещи своими именами. Ники — мертва. Поэтому независима и свободна говорить так, как думает и чувствует. И хочет говорить, поскольку была лишена такой возможности при жизни из-за конспиративных квартир, задиристых подростков в школах и микромира кварталов, где все обо всех всё знают. Это книга о стране, которая стремится найти свой путь в бурных перипетиях XX века. И одновременно — о девочке, которая рождается в этой стране, растёт вместе с ней, становясь подростком и женщиной, которая, словно губка, впитывает опыт своей семьи и своего близкого окружения в разных местах, куда её закидывает судьба. Она рассказывает о трагедиях, связанных с процессами нациестроительства и поиска греками собственной идентичности — культурной, социальной, политической. Об увлечении высокими идеалами равенства и братства, за которыми скрывается бездна тоталитаризма. О вере в союзы и союзников, которые предают, в том числе после общей победы над фашизмом, ведь каждый имеет собственные геополитические интересы и часто с предубеждением относится к обществу, которое стойко сопротивлялось врагам-оккупантам… и искало свой путь. Родители назвали её Никой, вероятно, из-за желания верить (напрасно!) в победу своих идеалов, а она стала демонстрацией того, что жизнь всегда будет преодолевать препятствия и побеждать небытие.